ТАМБОВ - ЛОКОМОТИВ
22.11.2019, 19:30
Чемпионат России
- : -


ЛОКОМОТИВ - КРАСНОДАР
10.11.2019, 19:00
Чемпионат России
1 : 1


Команда И О
1 Зенит 16 36
2 Локомотив 16 31
3 Ростов 16 30
4 ЦСКА 16 30
5 Краснодар 16 30
6 Спартак 16 21
7 Оренбург 16 19
8 Урал 16 19
9 Арсенал 16 19
10 Кр. Советов 16 18
11 Уфа 16 18
12 Динамо 16 18
13 Тамбов 16 17
14 Рубин 16 17
15 Ахмат 16 15
16 Сочи 16 13




9 ноября 2019

Большое интервью с Гилерме

Гилерме

Основной вратарь сборной России Маринато Гильерме дал интервью РБК, в котором рассказал о проблеме расизма в России, лимите на легионеров и зарплате в «Локомотиве».

— С 2016 года ты выступаешь в сборной России. По прошествии трех лет можешь сказать, как тебя приняли в команде? Были ли разговоры: «Зачем он нам?»
— Внутри команды я никогда таких разговоров не слышал. Ребята приняли меня хорошо. Конечно адаптация не прошла так просто. Все равно это не команда, это сборная и на тебе больше ответственности.

— В чем была сложность?
— Даже будучи опытным игроком, когда ты попадаешь в сборную, тебе нужно время для адаптации в команде — общение, внутреннее состояние. Я был первым иностранцем в истории сборной России, который сыграл за национальную команду. Этот факт тоже пугал меня. А сейчас я себя чувствую себя комфортно, как в «Локомотиве», так и в сборной.

— Как охарактеризуешь игру сборной России? Есть ощущение, что можете выиграть Чемпионат Европы?
— Мы все понимаем, что после Чемпионата мира вышли на совершенно новый уровень. Для борьбы за высокие места нам нужно еще много работать. Мы на правильном пути и должны верить в успех. Нам нужно идти к цели и почему не мечтать?

— За последние два года Россия из сильнейших сборных мира на официальных турнирах встречалась только с Бельгией, Испанией и Хорватией. За 90 минут с этими командами Россия не победила ни одного соперника. Есть ощущение, что отстаем от них серьезно?
— Ну с Испанией хоть и не за 90 минут справились, но все равно победили. У нас сейчас очень важный матч с Бельгией (16 ноября в Санкт-Петербурге Россия сыграет с Бельгией в матче отбора Евро-2020).

— Матч с Бельгией даст ответ, действительно даст ответ о силе сборной в сравнении с ведущими командами мира?
— Рано об этом говорить. Никто не ожидал перед Чемпионатом мира в России, что мы будем в шаге от полуфинала. Внутри команды у нас есть уверенность в своих силах. Мы должны играть против любого соперника одинаково. У нас есть потенциал, чтобы обыгрывать Бельгию.

— Были представлены комплекты новых футболок сборной России от Adidas. Как тебе?
— Мне понравилось, красиво. Самое главное, чтобы все было комфортно. Мне не так важна красота, сколько комфорт. Эта футболка напоминает чем-то форму сборной СССР.

— Желтая футболка сборной Бразилии считается одной из самых красивых в истории футбола. Насколько она может соперничать с футболкой сборной России?
— Обе хороши. Я кстати не любитель желтого цвета. Мне всегда второй комплект формы нравился больше основного.

— Я армянин, а ты бразилец. Мы оба не являемся по происхождению русскими, да и внешне на них не похожи. Встречал ли ты когда-нибудь чтобы в команде легионеры притесняли русских ребят?
— Я никогда этого не видел, как и наоборот. Да, конечно, русские в основном общаются с русскими, а иностранцы с иностранцами, но чтобы кто-то кого-то притеснял...

— Тебе не кажется, что восприятие расизма в России другое, чем других странах?
— Да, согласен. Замечал, что в Европе резко реагируют, когда здесь что-то такое происходит. У меня много русских друзей, и никогда не слышал, чтобы кто-то из них как-то меня оскорбил. У меня есть и темнокожие друзья, и они тоже не жаловались на это.

— А в шутку русские ребята могут тебя обозвать?
— Да могут, но это шутка. Бывает и такое, когда болельщики во время матчей кричат: «Обезьяна!» Но это не от дискриминации, это тоже самое, что и мат. Я считаю, что мат и расизм — это одинаковые вещи. Подчеркну, это мое мнение.

— Меня вообще черным называли в школе, а тебя?
— Да и меня, но мне по фигу. Но надо понимать, что есть и много других темнокожих ребят, которым не нравится это. И такое мнение тоже нужно уважать.

— Ты следишь за политическими новостями?
— Да, через интернет. В последнее время приходится больше смотреть телевизор, новости — для развития моего русского языка учитель посоветовал. А смотрю я в основном телеканал «Россия-24»

— Про митинги в Москве летом ты слышал?
— Нет. Вообще ничего.

— Ты аполитичный человек?
— Совершенно, я не люблю политику. Я никогда не голосовал, но на следующих президентских выборах может быть попробую.

— Выражение спорт вне политики — бред?
— Все в том или ином виде упирается в политику.

— Дмитрий Тарасов поступил верно, когда показал всем футболку с Владимиром Путиным в 2016 году в Турции после матча с «Фенербахче»?
— Я бы на его месте не сделал бы так, но у каждого свое мнение. Он это сделал, а я бы нет. Я очень скромный и внимание к себе не люблю.

— В Бразилии было бы национальной трагедией появление натурализованного иностранца в сборной?
— Думаю, они не были бы против. В Бразилии патриотизма меньше, а в России его гораздо больше. Это связано с историей страны, особенно с историей Великой Отечественной войны. У Бразилии нет такой великой истории, как у России. Какая история у Бразилии? Здесь люди много страдали, и это заставляет их задумываться. Но надо думать и о будущем. Это очень сложно удалить такую историю из головы.

— Ты не совсем типичный бразилец, более спокойный. Ты изменился с тех пор, как приехал в Россию?
— Изменился, я раньше был очень открытым человеком, и много людей этим пользовались с плохой точки зрения. И за то время, что я здесь, я сам заметил, что так нельзя. Потому что ты должен соблюдать какой-то баланс. Вместе с этим в России заметил, что здесь люди более закрытые, и я сам чуть-чуть изменился.

— На твой взгляд лимит на легионеров в российском футболе — это хорошо? Ты же наверняка думал об этом?
— Раньше да, в последние четыре года нет. Я считаю, что лимит должен быть, но в заявке, не на поле. Потому что так русские не будут никогда чувствовать конкуренции, они всегда будут знать, что будут играть снова. Они отдыхают, конкуренции нет.

— А лимит в заявке как повлияет?
— Новая система, которая будет в следующем году — восемь плюс 17 — это уже по-другому, конкуренции больше будет. В России не хватает конкуренции между русскими футболистами, она есть только между иностранцами.

— Можешь привести пример, когда отсутствие конкуренции мешало футболисту?
— У меня всегда был прогресс, когда была конкуренция. Есть футболисты, которые не любят конкуренцию, знают, что их никто не будет трогать, и прогрессируют больше. Футболистов, которые так думают, меньшинство — 25%. Остальные все должны быть в конкуренции. Всегда!

— Кстати, о конкуренции, ты с Игорем Акинфеевым общаешься?
— Нет.

— Как ты отнесешься, если он объявит о возвращении в сборную России? Для тебя это будет неприятно?
— Нет, я буду относиться нормально к этому. Игорь — вратарь, который сделал много для русского футбола. И он заслужил уважение, это он сам устроил. И моя история, особенно в сборной России, даже близко не подходит к истории Игоря. Поэтому я не имею права расстраиваться и обижаться.

— В ситуации с твоим контрактом, который был летом, Юрий Семин многое решил?
— Конечно. Семин свой статус заслужил. С самого начала его позиция была, чтобы я остался, и моя тоже.

— Семин пошел к руководству, когда СМИ тебя сватали в «Спартак»? В этой ситуации он общался с руководством клуба?
— Когда мы начали разговор еще зимой, он сказал руководству: «Мне нужен Гильерме, решайте вопрос». Самое главное, что мы решили этот вопрос, и это было мое желание — остаться в клубе. Конечно, Палыч помогал.

— Переход в «Спартак» был близок?
— Нет, было предложение «Спартака», но я до последнего момента ждал ответа от «Локомотива», чтобы остаться. Я даже не думал ехать в «Спартак».

— «Спартак» предлагал контракт на два или три года?
— Я не знаю, это агент решал. Он просто сказал, что было предложение, я сказал: «Пока я не хочу ничего слушать. Пока не решим мой вопрос с «Локомотивом», я никуда…»

— У тебя был определенный срок, вот до этого дня жду, а дальше всё
— Нет, я хотел бороться до конца. Контракт должен был закончиться в декабре, я был готов до декабря бороться за то, чтобы остаться в «Локо».

— В Европе уже принято писать, сколько футболист зарабатывает, а в России боятся. С чем это связано?
— Я не знаю. Я не люблю, чтобы все знали, сколько у меня зарплата. У меня есть много друзей, двоюродные братья, дяди, которые вокруг меня живут. Я скромный человек, мне неприятно, чтобы они знали, сколько я зарабатываю.

Я помогаю всем, чем могу, всегда к этому был готов. Но мне неприятно говорить о деньгах — это мои дела. Например, в Бразилии я не могу ездить на «феррари», люди смотрят на меня.

— Завершая этот вопрос, твой нынешний контракт больше или меньше полутора миллионов евро в год?
— Почему тебе интересно это знать?

— Это многим интересно.
— Больше.

— Давай вернемся к матчу против «Ювентуса» (интервью записывалось после первой встречи в Турине (2:1). — РБК). Ожидали, что можете так сыграть, что Криштиану Роналду не такой страшный, как оказалось?
— Когда мы летели туда, ждали очень трудную, сложную игру. Это же «Ювентус»! И мы строили план, вы все видели, мы играли от обороны. То есть получше защищаться, гол забить и все — продолжаем показывать нашу игру. Как мы забили, уже начали мечтать, было такое ощущение, что успех близок.

Никто не ожидал, что мы даже можем забить и вести 0:1 в гостях у «Ювентуса». После этой игры я сидел в номере и думал, не так страшно играть против «Ювентуса», это ЦСКА тоже показал с «Реалом» в Мадриде и в Москве. Мы должны понимать, что, когда ты выходишь на поле, это 11 против 11, никакого страха не должно быть. Это футбол — у всех две ноги и один мяч.

— А чего все-таки не хватило? «Юве» более классный?
— У нас была усталость из-за того, что мы только от обороны играли и вообще мяч не держали, нам было тяжело. Последние 15 минут нам просто не хватило сил.

— В ситуации со вторым голом: удар Алекса Сандро непредсказуемый был? Фабио Капелло сказал: «Вратарь виноват». Мне показалось, ты не видел сначала, когда удар был.
— Нет, я видел, но мяч летел с постоянным изменением траектории. И когда я прыгал и ставил руки, наверное, в этот момент он не попал, как должен, в руку. Из-за того, что постоянно менял направление, мне было очень сложно.

— Кто тебя впечатлил у «Ювентуса»?
— Миралем Пьянич. Хуан Куадрадо мне очень понравился. И, конечно, Пауло Дибала технически очень сильный игрок, классный. После игры я сказал ребятам: «Смотрите, какой кайф. Мы должны каждый год играть в Лиге чемпионов. А для того, чтобы мы играли в Лиге чемпионов, мы должны занять не ниже второго места».

— После матча Буффона видел, общался?
— Я его не видел, но очень хотел. Он — легенда. Во время игры я думал о нем, я хотел очень с ним поздороваться. И у меня не получилось. И, когда матч закончился, я смотрю на скамейку — он сразу пошел в раздевалку. Я позвал моего друга Алекса Сандро из «Ювентуса», с которым вместе играли в Бразилии.

— То есть тебе друг свинью подложил ударом на последних минутах?
— Да. Так вот я его попросил: «Пожалуйста, спроси у Буффона его футболку». «Ладно, я постараюсь». «Я тебя жду там тогда». И он мне привез, даже с автографом.

— Задумывался ли ты о своем бизнесе, как многие твои коллеги?
— Я еще об этом не думал, не хочу уходить из футбола. Я планирую в следующем году начать обучение на менеджера.

— Хочешь стать спортивным или генеральным директором?
— Да, думаю, работа на поле не мое. Не знаю, может быть, это потом поменяется, но пока я так думаю.

— В СМИ можно встретить мнение, что бразильцы не умеют считать деньги, они очень быстро их спускают, особенно футболисты, которые не привыкли к деньгам. Все так?
— Так и есть, да. Быть футболистом — это очень тяжело. 90% футболистов в Бразилии растут в бедных семьях в фавелах. Представляешь, если ты скромный, не имеешь какого-то воспитания, не учился в хорошей школе, а тут в 22-23 года уже зарабатываешь огромные деньги. Ничего хорошего не получится.

— Нет рядом людей, которые могут помочь?
— Наоборот, люди в Бразилии не жалеют никого. Особенно семья. Они тоже не понимают, что происходит, что делать.

— А ты в какой семье рос?
— Мой папа закончил университет, он занимается текстильным производством. У меня было хороше воспитание, у меня никогда не было потребности в чем-либо. Конечно, большого изобилия не было, но все же.

— Хорошо учился?
— Да. Я закончил все до университета. В университете у меня учеба не получилась, потому что я уже профессионально играл в футбол. Мой брат и университет закончил. У нас всегда было нормально с воспитанием в семье.

— «Локомотив» по итогам этого чемпионата на какое место претендует?
— Наша цель... Ты знаешь, в Бразилии есть такое выражение: когда пробуешь вкус победы, хочешь им наслаждаться каждый год, побеждать, побеждать.

Два года назад я был чемпионом России, в том году Кубок выиграл. Мы хотим еще. У нас сейчас возможность есть это опять сделать. Зависит только от нас. И сейчас идем в лидерах. Все зависит все от нас. Конечно, хотим на следующий год еще сезон играть в Лиге чемпионов. И наша цель — это 1-2-е место.

— Какие черты в русских выделишь, которые ты себе перенял?
— Холодная голова. У меня иногда этого не хватает очень.

— Что такое быть русским?
— Я не знаю, как на это ответить. Это сложный вопрос. Очень сложный. Я не знаю...


----------
Источник: https://sportrbc.ru/